Уильям Гибсон: Как я написал «Нейроманта» — CYBERPUNK: НОВЫЙ МИР ТЕХНОЛОГИЙ

«Нейромант» был написан на заказ. Не представляю, сколько бы лет заняла у меня работа над ним, если бы я писал его наудачу. Если бы вы спросили меня об этом в момент написания романа, я бы ответил «10 лет», но возможно, что этого бы просто не случилось. Бывают такие странности на творческом и жизненном путях.

Мне было 34 года, у меня был первый ребёнок, жена, недавно окончил университет со степенью бакалавра искусств по английской литературе. Я опубликовал несколько историй в Omni, глянцевом журнале от издателей Penthouse. Они заплатили мне порядка $2000 за рассказ, что довольно много (в сравнении с НФ-журналами, где платили раз в 10 меньше). Omni не оставил мне выбора, и мне пришлось писать больше.

Обналичив первый их чек, я купил самый дешёвый билет до Нью-Йорка, чтобы встретиться с таинственным человеком, редакционное решение которого привело к таким неожиданностям. Покойный ныне Роберт Шекли — веселый и учтивый человек, и писатель, прозой которого я восхищался. Он пригласил меня на обед за счёт Omni и дал мне два мудрых совета: я не должен ни в коем случае подписывать контракты на несколько книг, и ни в коем случае не должен покупать «этот большой старый дом». Первому совету я последовал.

После того, как я продал в Omni ещё несколько рассказов, со мной связался Терри Карр, составитель антологий НФ. Однажды Терри заказал ограниченный тираж первых сборников для издательства Ace Books, его Ace SF Specials. Теперь он снова решил это сделать, и он спросил меня, не хочу ли я опубликоваться в сборнике? Конечно да, ответил я, приходя в состояние неописуемого страха, в котором я оставался следующие 18 месяцев или около того, до тех пор, пока я не выдал рукопись, нарушив сроки годового контракта.

Я опоздал, потому что понятия не имел, как писать роман, но решил, что это может быть мой первый и последний раз. Я сомневался, что кто-либо ещё когда-нибудь предложил бы мне деньги за ещё ненаписанный роман. Книга должна была выйти в мягкой обложке и иметь очень скромное продвижение. Тогда моё представление об успехе заключалось в том, что я решил — после недружественного или равнодушного приёма, какой я и ожидал, мою книгу прекратят печатать. А затем, благородно желтея на полках магазинов подержанных книг, она дождётся того момента, когда какой-нибудь кружок увлекающихся эзотерикой людей в Париже или Лондоне вдруг наткнётся на неё и сочтёт за замечательные отголоски творчества Бестера, Дилэйни или других авторов, на которых я ориентировался в своём творчестве. И это всё, о чём я мечтал, просиживая дни за своей портативной машинкой Hermes 2000.